Бешеная - Страница 64


К оглавлению

64

– Все?

– Все.

– Вы же понимаете, что проверить будет легче легкого…

– Да ради бога, – сказал он. – У вас ручка с блокнотом найдется? Пишите адрес и телефон «Арбат-Видео», проверьте завтра же…

Выйдя из палаты, Даша взяла Жору за локоть и громко спросила, демонстративно кивнув на маявшуюся тут же медсестру:

– Жора, эта девочка – неглупая?

– Да вроде бы не дура…

– Вот и постарайся ей убедительно втолковать: если наш продырявленный граждан попросит ее кому-то позвонить или отправить телеграмму, а она немедленно не позвонит мне – я на нее категорически обижусь, а обиженная, я зла…

Кивнула ему и направилась к лестнице, не столь уж и довольная беседой. Залетный искатель справедливости прав: из-за нелегально купленного фильма никто не станет баловать с автоматом в центре города. Еще и потому, что дальше пойдет по песне Высоцкого: «Я ухожу – придет другой…»

А значит, версия Мироненко грешит пробелами и враньем. Но отчего-то же он держался столь убогой версии, прекрасно понимая, как легко уголовке будет ее проверить?

– Рыжая!

Уже взявшись было за ручку дверцы (притомившийся сержант Федя радостно запускал мотор, но зажигание не схватывало), она повернула голову. Из белой «восьмерки» целеустремленно вылезали Антонюк и Неволин, бортковские сподвижники из особо доверенных.

– Запел?

– Ага, – сказала Даша. – Совершенно бездарно запел, фальшивит несказанно… Ребятки, вы слышали когда-нибудь, чтобы за аудио-видеопиратство дырявили из автоматов?

Орлы переглянулись, пожали плечами.

– Только ежели дикий рэкет… – сказал Антонюк. – Как он, в хорошей кондиции?

– В полной, – сказала Даша. – Валите, побазарьте. Авось вам больше…

Высоко над ними звонко разлетелось стекло. Даша машинально задрала голову – и шарахнулась, сверху в туче осколков летел непонятный предмет, тут же с грохотом брызнувший обломками метрах в пяти от застывших в нелепых позах сыскарей. Света, падавшего из ярко освещенного вестибюля, было достаточно – и Даша вмиг узнала бело-синий узор на черепках. Остатки ночника, возле которого она сидела пару минут назад…

– Федя, держи вестибюль! – отчаянно закричала она, уже понимая, что отдает совершенно нелепый приказ.

И через секунду неслась со всех ног – ступеньки, дверь, кто-то испуганно шарахнулся, кисть левой руки пребольно ушибла о железо, уклоняясь от столкновения, вестибюль, лицо у выдры-дежурной ополоумевшее, челюсть отвисла – подошва кроссовки заскользила на мраморных плитках, Даша чудом удержала равновесие. Следом топотали коллеги. Грохоча вверх по лестнице, Даша рванула полу пуховика, обрывая пуговицы, выхватила пистолет и отвела затвор.

Та самая площадка. Даша повела стволом, укрылась за косяком, напрягая до рези глаза, пытаясь рассмотреть, что ее может ждать в полосе мрака. И видела со своего места, что сержант лежит перед дверью палаты, скорчившись, нелепо откинув руку. А там и рассмотрела метрах в трех от себя второе неподвижное тело.

Втроем они подбежали к двери. Мертвая тишина. Молча переглянулись, жестами распределили роли – и, рванув дверь, нацелив оружие, ворвались внутрь. В лицо дохнуло холодным сквозняком.

Там стояла полная темнота, но Даша почти мгновенно нашарила выключатель. Окно разбито. Медсестра лежит ничком, головой к окну. Пуля попала ей в затылок. Мироненко свесился с кровати, верхняя половина тела на полу, лица не видно. В него стреляли трижды – затылок, левая лопатка, правый бок.

Почти посередине комнаты черным глянцем отблескивал валявшийся на полу китайский ТТ с глушителем – картина, в последние годы ставшая классической…


…Часа в три ночи Даша уныло садилась в настывший на холодном ветру «москвичок». Он с трудом выбрался из табунка стоявших с заглушенными моторами милицейских машин и покатил прочь, чем-то напоминая побитую собаку.

Убийца испарился, как привидение. Точнее, как просчитавший все профессионал. Вероятнее всего, спустился этажом ниже, откуда мог уйти в четырех разных направлениях, по числу имевшихся боковых выходов. Правда, два из них расположены поблизости от операционных, и суета там продолжается круглосуточно, так что он наверняка воспользовался каким-то из двух других. В «тыще» киллер ориентировался прекрасно – это сомнений не вызывало. И никто его не видел – что вероятнее, кто-то просто-напросто не обратил внимания, не стал рассматривать быстро идущего человека, выглядевшего вполне обыденно. Возможно, он был в белом халате – никого не удивит, если врач бежит по коридору…

Реконструировать происшедшее было нетрудно – убийца, великолепно владевший китайской игрушкой, срезал двумя точными выстрелами в голову обоих караульных, так что они умерли мгновенно и сами выстрелить не успели. Мироненко, заслышав, должно быть, нехорошую возню, падение тел, сделал единственное, что оказалось в его возможностях – схватил ночник со стола и запустил им в окно, привлекая внимание. И ворвался киллер…

У этой картинки был и второй план, но думать о нем было тягостно. И пришла в голову эта идея не одной только Даше. В какой-то миг она случайно встретилась взглядом с полковником Бортко – удивительно, сколько мыслей и оттенков способно порой вместить мимолетное пересечение взглядов…

Все чертовски упрощается, если только допустить, что тертый спецназовец и столь же опытный сержант СОБР смертельно лопухнулись оттого, что расслабились, увидев кого-то хорошо им знакомого. Человека, чье появление их ничуть не встревожило. Застать их врасплох мог, конечно, и некий ниндзя, но гораздо проще предположить, что ниндзи не было, а был – с в о й… Даша, пусть и с некоторым внутренним сопротивлением, готова была подозревать Жору, но он, во-первых, не был для убитых своим, а во-вторых, расставшись с Дашей, тут же отправился в регистратуру второго корпуса, что подтвердили целых три свидетеля. Жора никак не успел бы…

64